Задание 10 ЕГЭ по литературе, как сопоставить два стихотворения на семь баллов

Задание 10 по литературе обычно разбирают как задание на анализ, хотя по устройству оно ближе к проверке памяти. В варианте напечатано одно стихотворение, в проекте демоверсии 2027 года это «Не устыдись…» Игоря Северянина, а второе, где раскрывается образ весны, выпускник должен назвать сам, с автором и названием, и привести из него пример по памяти. Методические рекомендации ФИПИ по итогам 2026 года называют этот самостоятельный выбор материала фактором усложнения задания и отдельно говорят о поэтических цитатах, которые приходится вспоминать. В группе участников с минимальной подготовкой за привлечение текстов в задании 10 не справились 85,1 процента, а максимум по этому критерию набрали 0,81 процента.

Цена у такой забывчивости конкретная. Если в ответе нет ни названия выбранного стихотворения, ни его автора, ставится ноль по всем критериям, а если не хватает чего-то одного, балл за привлечение текстов не поднимается выше единицы, и вместе с ним пропадает балл за речь. Из семи первичных баллов задания при этом остается три в лучшем случае, и дело решают не наблюдения над образами, а то, удержалась ли в голове одна строчка с подписью.

Поэтому полезно знать о памяти на стихи чуть больше, чем говорят в школе. Кое-что об этом известно уже полтора века, и почти все эти сведения связаны с теми самыми весенними стихами, которые выпускники приносят на экзамен.

Восемь повторений на строфу

В 1884 году немецкий психолог Герман Эббингауз проводил на себе опыты, ради которых годами заучивал бессмысленные слоги, и в какой-то момент решил сравнить их со стихами. Он брал строфы «Дон Жуана» Байрона, по восемьдесят слогов в каждой, и учил по шесть строф за сеанс. В книге «О памяти», вышедшей в 1885 году, он пишет, что на строфу уходило едва девять повторений, а без последнего, безошибочного, едва восемь. По оценке Эббингауза, на ряд из восьмидесяти-девяноста бессмысленных слогов потребовалось бы от семидесяти до восьмидесяти повторений, то есть смысл, ритм и рифма сократили работу примерно в десять раз.

Для подготовки к заданию 10 из этого опыта следует вещь, которую редко произносят вслух. Выучить восемь строк стихотворения недолго, и времени на это у одиннадцатиклассника хватает с запасом. Трудность начинается позже, когда выученное приходится вспоминать через несколько месяцев, и ошибается память тогда в тех местах, где ей удобнее всего подправить текст.

Романс на чужие стихи

Тютчевским «Весенним водам» почти два века, а рахманиновскому романсу на эти стихи около ста тридцати лет. Композитору было двадцать три, когда он положил их на музыку, и рояль у него ведет себя как талая вода, которая торопится и перебивает сама себя. Многие выпускники слышали этот романс раньше, чем открыли сборник Тютчева, и строки «Весна идет, весна идет! / Мы молодой весны гонцы» помнят с голоса певца, а не со страницы.

Для экзамена здесь есть тонкость, которую стоит проговорить заранее. Критерии задания 10 запрещают сопоставлять предложенный текст с рэпом и песнями поп-музыкантов, и за такой выбор ставится ноль по всем позициям, однако романс на стихи Тютчева остается стихотворением Тютчева. Подписать его нужно именем поэта и названием стихотворения, а Рахманинов в ответе вообще не нужен, хотя именно благодаря ему строка могла запомниться.

У Рахманинова есть и романс «Сирень» на стихи Екатерины Бекетовой, тетки Александра Блока. Много лет на концертах композитору подносили букеты белой сирени без записки и без имени, и только потом стало известно, что их присылала учительница Фекла Руссо. Рахманинов написал ей письмо, они несколько лет переписывались, но так ни разу и не встретились.

Племянник Бекетовой

Блок вырос в доме деда, Андрея Николаевича Бекетова, ректора Петербургского университета, и стихи с переводами были в этой семье обычным делом: переводили и Екатерина, и ее сестра Мария. Через одиннадцать лет после рахманиновских «Вод», в 1907 году, Блок включает в цикл «Заклятие огнем и мраком» стихотворение «О, весна без конца и без краю…». Заглавия у него нет, и называть его в ответе нужно по первой строке с многоточием, так же, как в варианте назван сам Северянин, «Не устыдись…». Весна в нем огромная, она сливается с мечтой и с жизнью целиком, и герой встречает ее с оружием в руках: «Узнаю тебя, жизнь! Принимаю! / И приветствую звоном щита!» Рядом с северянинским призывом благодарить небеса, склонив колени, такая встреча дает выпускнику материал для различия, а общая мысль о принятии жизни дает сходство, и оба можно объяснить через то, какой поэту видится весна.

Яблони, которые поют

В 1921 году Сергей Есенин пишет «Не жалею, не зову, не плачу…», и судьба у этого стихотворения похожа на судьбу «Весенних вод»: его тоже поют, и вторая строка давно живет отдельно от остального текста. На слух ее легко запомнить как «Все пройдет как белых яблонь дым», хотя у Есенина «Все пройдет, как с белых яблонь дым», с запятой и с предлогом. Неточную цитату эксперт может засчитать как фактическую ошибку, и тогда балл за привлечение текстов падает с четырех до трех даже при хороших объяснениях.

Весна в этом стихотворении стоит в прошлом. Лирический герой смотрит из настоящего на свою молодость: «Словно я весенней гулкой ранью / Проскакал на розовом коне». Северянин в 1926 году, живя в эстонском поселке Тойла, пишет про весну, которая происходит сейчас, про «еще один расцвет сирени» и землю, «вчера еще нагая», и разница во времени между двумя весенними образами дает готовую основу для ответа.

Объяснение примера здесь укладывается в одну фразу. Глагол прошедшего времени «проскакал» отделяет весну от говорящего и окрашивает ее прощанием, а северянинское «еще один» показывает, что каждый новый расцвет принят как подарок, и после такой фразы цитата перестает быть просто цитатой и начинает работать на вывод о весне.

Индейская сказка в Кембридже

Почему память портит цитаты именно так, лучше других объяснил английский психолог Фредерик Бартлетт. Его «Воспоминание» вышло в 1932 году, и подробнее всего в этой книге разобрана индейская сказка «Война призраков». Люди, участвовавшие в опыте, раз за разом возвращали Бартлетту этот текст по памяти, и от раза к разу он укорачивался и делался понятнее англичанину: на месте каноэ появлялись лодки, тюленья охота сменялась рыбной ловлей. Кого-то просили вспомнить сказку спустя недели, кого-то спустя месяцы, и после долгих перерывов от исходного текста уцелело совсем немного, зато в пересказах прибавлялись подробности, которых у индейцев не было. Память не хранит текст как фотографию, она каждый раз собирает его заново и заменяет непривычное знакомым.

Строки стихов страдают от этого так же, только масштаб у них меньше, и потеря одной буквы заметна лишь тому, кто сверит текст с книгой. Предлог «с» в есенинской строке на слух почти не звучит и выпадает первым, а редкое «ранью» тянется превратиться в обычное «ранней». Именно такие места стоит проверять по книге в первую очередь, потому что они ломаются раньше остальных.

Солнце и морские выдры

В 2006 году в Вашингтонском университете в Сент-Луисе Генри Редигер и Джеффри Карпик дали студентам два коротких текста из пособия к экзамену по английскому, про Солнце и про морских выдр. Одни изучали текст в течение четырех пятиминутных периодов, другие изучали его пять минут, а затем трижды воспроизводили по памяти все, что вспомнили. Через пять минут перечитывавшие помнили больше, 83 процента смысловых единиц против 71. Через неделю картина перевернулась: у тех, кто вспоминал, осталось 61 процент, у тех, кто перечитывал, 40.

Для стихов к заданию 10 вывод из этого опыта прямой и немного обидный. Перечитывание выписки накануне пробника дает приятное чувство, что все знаешь, и через пять минут перечитывание действительно давало лучший результат. Строка, которую несколько раз пришлось достать из головы на чистом листе и сверить с книгой, доживает до экзамена гораздо надежнее.

Критерии и обнуления

По критериям проекта демоверсии 2027 года за сходство или различие с аргументами ставят до двух баллов, за привлечение текстов до четырех, за логичность, речевые и грамматические нормы один балл, если ошибок не больше одной. Четыре балла за тексты получают, когда примеры есть из обоих стихотворений, оба объяснены и фактических ошибок нет, три дают, когда примеры есть из обоих стихотворений, а объяснен только один, или допущена одна ошибка, два за примеры без объяснений. Ноль по первому критерию обнуляет остальные, ноль или единица по второму обнуляет балл за речь. Ноль по всем критериям ставится и за другое стихотворение того же автора, что и предложенный текст, поэтому «Классические розы» Северянина с их строками «Как хороши, как свежи будут розы, / Моей страной мне брошенные в гроб!», выбитыми на его могиле в Таллине, в пару к «Не устыдись…» не годятся.

Рекомендованный объем ответа пять-десять предложений, но он условный. В 2026 году максимум за задания 5 и 10 снизили с восьми баллов до семи, и с тех пор распределение по критериям держится в нынешнем виде. Даже в группе с хорошей подготовкой в 2026 году критерий сходства или различия выполнили на 98,6 процента, а критерий привлечения текстов на 88, и разница уходит в основном на примеры без объяснений.

Запас по Эббингаузу

Если от мысли, что придется вспоминать стихи на экзамене без подсказки, становится тревожно, полезно вернуться к цифрам Эббингауза: у Эббингауза строфа требовала восьми-девяти повторений, и запас из трех-четырех стихотворений собирается за пару недель, если не пытаться выучить все за один вечер. На ходовые направления, весну, родину, назначение поэта, любовь, хватает одного стихотворения на каждое и двух строк из него, выписанных по книге вместе с автором и правильным названием. Есенинские яблони при этом пригодятся и для разговора о времени и молодости, а блоковское «Принимаю!» для темы смысла жизни, так что одно хорошо выученное стихотворение закрывает сразу несколько возможных направлений.

Через три дня строки записываются по памяти и сверяются с выпиской, через неделю то же самое, и каждое расхождение, потерянная запятая или замененное слово, отмечается отдельно. Перед пробником ответ на пять предложений проговаривается вслух целиком, с фамилией поэта, названием и объяснением к каждому примеру. Если на этом этапе снова выпадает одно и то же слово, значит, именно его память считает лишним, и выписку с этим словом стоит повесить туда, где она будет попадаться на глаза каждый день.

Частые вопросы про задание 10 ЕГЭ по литературе