Россия в 1990-е на ЕГЭ по истории, что нужно знать

Учитель истории дал одиннадцатому классу задание к теме девяностых: принести «устную историю», записанный рассказ взрослого о тех годах, и сверить его с параграфом учебника. Условный одиннадцатиклассник звонит бабушке в субботу днем и включает на телефоне диктофон. В 1992 году ей было за сорок, она работала на заводе и, по ее словам, помнит все «как вчера».

Запись на телефоне длится сорок минут. Бабушка перескакивает с года на год, сбивается на месяцах. Путается она в тех же местах, где по опыту преподавателей чаще всего ошибаются выпускники, ставя рядом события, между которыми прошли месяцы или годы. Вечером внук садится за стол с тетрадью и учебником, надевает наушники и нажимает на треугольник воспроизведения.

«Все цены отпустили»

Бабушка начинает: «Значит, так. В январе девяносто второго все цены отпустили и ваучеры раздали. Все разом. Я в очереди стою, а ценники каждый день новые, каждый день». Внук ставит запись на паузу на слове «все» и открывает параграф о реформах.

Либерализацию цен учебник датирует 2 января 1992 года, указ о ней президент подписал еще 3 декабря 1991-го. Часть цен государство продолжило регулировать, среди таких товаров и услуг учебник называет хлеб, молоко, энергоносители и транспорт. На первой странице появляются две колонки, «подтвердилось» и «не подтвердилось». В правую уходит запись «отпустили большую часть, не все».

Ваучеры он находит двумя страницами дальше. Указ о приватизационных чеках вышел 14 августа 1992 года, раздавать их стали с 1 октября, по одному чеку на каждого гражданина. Он отматывает запись на десять секунд, еще раз слушает «и ваучеры раздали» и пишет во вторую колонку «указ в августе, выдача с октября».

Чек в шкатулке с пуговицами

Бабушка вспоминает: «А ваучер мой так и лежит. В шкатулке, где пуговицы. Погоди, как его называли… приватизационный, да. На заводе говорили, несите в свое предприятие, в акции. Соседка продала. А я все думала, куда его». Слышно, как внук спрашивает про сберкнижку. Она отвечает: «Ой, сберкнижка. Копили-копили. А потом на эти деньги уже ничего. Год прошел, и все».

Номинал чека в учебнике указан, 10 000 рублей. Распорядиться им можно было тремя способами: обменять на акции приватизируемых предприятий, в том числе своего, отдать в чековый инвестиционный фонд или продать. Заводские советы подходят под первый способ, соседка выбрала третий. Чековый этап приватизации закрыли 30 июня 1994 года. Эту дату внук ставит рядом с фамилией Чубайса, руководившего Госкомимуществом.

Про сберкнижку в параграфе есть цифра. За 1992 год цены выросли примерно в 26 раз, инфляцию оценивают примерно в 2500 процентов. Вклады в сберкассах обесценились, резкий переход к рынку учебник называет «шоковой терапией». Внук ставит возле бабушкиной реплики про сберкнижку галочку в левой колонке.

При ком случился дефолт

В записи пауза, звякает чашка. Бабушка продолжает: «Потом дефолт был. При Гайдаре, я точно помню, его тогда все время показывали. И еще нули с денег убрали, перед этим, зимой. У нас банк закрылся, куда зарплату переводили». Внук спрашивает, какой это был год. «Девяносто восьмой. Или седьмой… Нет, восьмой».

Фамилию Гайдара внук ищет в начале параграфа. Бабушкину память он проверяет счетом. Гайдар руководил кабинетом с лета 1992 года около полугода, и все это время перед его должностью стояли две буквы «и.о.». Утвердить его депутаты VII Съезда отказались, так что с 14 декабря кабинет перешел к Черномырдину. Тот продержался больше пяти лет, до весны 1998 года, когда премьером назначили Кириенко.

Август 1998 года занимает в параграфе отдельный абзац. Семнадцатого числа правительство вместе с Центральным банком сообщило о дефолте, который назвали техническим, касался он ГКО, государственных краткосрочных облигаций. Рубль перестали удерживать в старом коридоре, сначала коридор раздвинули до значений от 6 до 9,5 рубля за доллар, после чего началась резкая девальвация. За несколько месяцев рубль подешевел примерно втрое, банки закрывались, сбережения снова обесценились.

Про нули бабушка помнит верно. С 1 января 1998 года тысяча старых рублей превратилась в один новый, учебник называет эту меру деноминацией. Внук пишет в правой колонке «дефолт при Кириенко, Гайдар во главе правительства только в 1992 году», в левой «деноминация, январь 1998».

Танки осенью, голосование зимой

Бабушка снова уходит на пять лет назад. «А в девяносто третьем, осенью, по Думе стреляли. Из танков. Весь подъезд у телевизора сидел. И Конституцию тогда же приняли, в октябре, сразу после танков». Внук на записи переспрашивает: «Прямо в октябре?» Она отвечает: «Ну а когда еще. Сразу же».

Здание, по которому 4 октября 1993 года стреляли танки, учебник называет Белым домом, и заседал в нем Верховный Совет. Государственной думы в тот момент еще не было. Внук зачеркивает слово «Дума» и пишет сверху «Верховный Совет», потом листает параграф назад, к весне.

Ельцин противостоял Съезду народных депутатов и Верховному Совету. Внук выписывает фамилии двух людей, которые держались стороны парламента: Хасбулатов руководил Верховным Советом, Руцкой был вице-президентом. На апрельском референдуме 1993 года большинство поддержало президента и его политику, сторонники Ельцина призывали отвечать «да, да, нет, да», по досрочным выборам решения не приняли.

Осенний указ № 1400 Ельцин подписал 21 сентября. В нем говорилось о прекращении полномочий Съезда и Верховного Совета и о новых выборах. Конституционный суд счел указ противоречащим действовавшей тогда Конституции, Верховный Совет продолжал заседать. Третьего октября сторонники Верховного Совета пытались взять телецентр «Останкино», на следующий день по Белому дому ударили танки, его защитников арестовали. После этих дней система Советов перестала существовать.

Основной закон появился два месяца спустя. Голосование 12 декабря 1993 года учебник называет всенародным, за новую Конституцию высказались больше 58 процентов пришедших на участки. Одновременно граждане выбирали двухпалатный парламент, Федеральное собрание. Так в стране появилась Дума. Внук переносит «Конституцию в октябре» в правую колонку и дописывает «12 декабря, вместе с первой Думой».

Хасавюрт, девяносто шестой или девяносто девятый

Бабушка говорит: «А Чечня… Сколько ж лет это тянулось. Хасавюрт подписали в девяносто девятом, потому что потом сразу снова началось. Или нет. Погоди, дай вспомню». Потом она замолкает секунд на пять.

Войска в Чечню ввели 11 декабря 1994 года, с этого дня учебник начинает рассказ о первой чеченской войне. Соглашения в Хасавюрте подписали 31 августа 1996 года, переговоры с российской стороны вел Лебедь. Войска вывели, решение о статусе Чечни отложили до 31 декабря 2001 года.

События 1999 года относятся уже ко второй войне. В августе отряды боевиков из Чечни вторглись в Дагестан, осенью началась вторая, контртеррористическая операция. Внук рисует в тетради отрезок с двумя засечками, подписывает их «1996, Хасавюрт» и «1999, Дагестан» и ставит вопросительный знак возле слов «сразу снова».

Новогодний вечер 1999 года

Последний фрагмент записи совсем короткий. Бабушка говорит: «А Ельцин ушел, когда нового выбрали. Под Новый год, что ли. Нет, сначала выбрали, потом ушел». На этом запись обрывается.

Свою отставку Ельцин объявил 31 декабря 1999 года, обязанности президента с того дня исполнял Путин, выборов к тому моменту не проводили. В параграфе Путин появляется почти на пять месяцев раньше. Летом 1999 года, 9 августа, Ельцин поручил ему вести правительство, пока без утверждения, а через неделю Дума за него проголосовала.

В воскресенье утром он снова набирает бабушкин номер, теперь с одним вопросом, про тот самый Новый год. Она молчит в трубку, потом говорит: «Салаты резали, телевизор включен. А его показывают. Так выборов еще не было, выходит. Перепутала я». Он пишет на полях «уточнила сама» и обводит.

Две колонки для учителя

В понедельник на учительском столе лежат телефон и тетрадь. Слева семь строк о том, что подтвердилось: январь 1992 года, ваучер и три способа им распорядиться, обесцененные вклады, танки у Белого дома, дефолт в 1998 году, деноминация, уход Ельцина под Новый год. Справа столько же строк с поправками, у каждой номер страницы учебника. Внук находит в записи фрагмент про октябрь 1993 года, поворачивает телефон динамиком к классу и нажимает воспроизведение.

Что спрашивают на ЕГЭ

По проекту ФИПИ на 2027 год экзамен включает 22 задания, на работу дают три с половиной часа, максимум составляет 43 первичных балла. Задания 6 и 13 построены на письменном источнике, где нужно определить время и автора. Воспоминания очевидцев тоже считаются источником. У них два времени сразу: годы, о которых рассказывают, и год, когда текст записали. Бабушкин рассказ записан в этом учебном году, а события в нем относятся к девяностым.

Задание 19 спрашивает о причинах и последствиях. Для указа № 1400 причиной служит противостояние президента со Съездом и Верховным Советом, из-за которого Ельцин и попытался прекратить их работу. Последствие вытекает из того, что Верховный Совет указ не признал и продолжал заседать: спор перешел в вооруженное столкновение 3 и 4 октября 1993 года, после которого система Советов исчезла. В задании 20 проверяют понятия. Из этой статьи туда подходят либерализация цен, «шоковая терапия», ваучер, дефолт и деноминация.

Задание 22 дает готовую точку зрения и просит два аргумента в ее поддержку. Пусть утверждение звучит так: в 1993 году в России сменилась система высших органов власти. Первый аргумент: после событий 3 и 4 октября система Советов прекратила существование, поэтому старый Верховный Совет больше не мог работать как орган власти. Второй аргумент: 12 декабря 1993 года вместе с Конституцией избрали двухпалатное Федеральное собрание, значит, место прежнего парламента занял новый, устроенный иначе.

Куда двигаться дальше

Перестройку и распад СССР полезно повторить до девяностых, начало 2000-х годов разбирать уже после них. Внешнюю политику десятилетия лучше учить вместе с отношениями России с НАТО и странами СНГ. Занятия по истории в школе проходят онлайн в небольших группах, и первая встреча с методистом бесплатная.

Частые вопросы про 1990-е на экзамене