«Уроки французского» Распутина на ОГЭ по литературе, как разбирать поступки Лидии Михайловны

На пробном экзамене в феврале девятиклассник выбрал тему о том, какую роль может сыграть учитель в жизни человека, и взял для нее «Уроки французского». Черновик вышел на 190 слов, и почти половину из них занял пересказ: как мальчик приехал в райцентр, как играл в чику, как его побили, как учительница звала его ужинать. Преподаватель проверил работу красной ручкой, и на полях осталось пять пометок. Такие черновики приходят каждую весну. Пометки на них из года в год стоят примерно в тех же местах, потому что рассказ помнят хорошо, а разбирать его по поступкам героев учатся реже.

Первые сто слов

Над первым абзацем стоит одно слово: «пересказ». Все, что ученик в нем написал, верно, и все это экзаменатор знает не хуже него, так что за сто слов сочинение не продвинулось ни на шаг к ответу на вопрос темы. На ОГЭ к тому же разрешено обращаться к полным текстам произведений, и доказывать проверяющему знание сюжета незачем.

Вычеркнутый абзац при этом содержал материал, который пригодился бы в другом виде. Рассказчик сам называет год, когда пошел в пятый класс, сорок восьмой, и из этой даты вместе с одиннадцатью годами героя и пятьюдесятью километрами до дома складываются обстоятельства, без которых поступки учительницы непонятны. В послевоенной деревне после неурожайных 1946 и 1947 годов ели впроголодь, картошку и хлеб от матери мальчику передавали раз в неделю, а рубль, выигранный в чику, уходил на банку молока. В сочинении обо всем этом хватит одного предложения, если дальше оно работает на тезис.

Из пересказа стоило бы спасти и еще одну деталь. После драки у чайной мальчик является на урок с синяком, и Лидия Михайловна задерживает его в пустом классе. Спрашивает она почти не про игру: чем он питается, как живет мать, много ли в семье ребятишек. Ученик ей явно важнее его проступка. Ученик в черновике упомянул этот разговор мимоходом, а стоило задержаться на нем подольше, ведь с него начинается все, что учительница делает дальше.

Пометка у слова «посылка»

Третья строка черновика звучит так: учительница прислала мальчику посылку, а он отказался, потому что был гордым. Рядом на полях вопрос: «почему макароны?».

Вопрос бьет в самую сильную деталь эпизода. Лидия Михайловна придумала посылку будто бы от матери, чтобы помощь не выглядела подаянием, и все было бы убедительно, если бы в ящике лежало то, что могли прислать из деревни. Но там лежали макароны, которых в деревне не видели, и мальчик, как признается взрослый рассказчик, обомлел, подняв лист бумаги. Он понимает, от кого ящик, в ту же минуту, и возвращает его учительнице. Голод от этого никуда не девается, но взять еду из рук человека, который его жалеет, для него оказывается тяжелее, чем остаться голодным.

Слово «гордый» в черновике верное, просто оно ничего не доказывает, пока рядом нет этой детали. Если написать, что мальчик отказался от макарон, которые в его жизни были почти чудом, гордость становится видна сама, и учителю на полях уже не о чем спрашивать. Тот же ход работает и для отказа от ужина: каждый вечер после занятий французским Лидия Михайловна зовет его к столу, а он каждый вечер уходит, хотя голоден, и ни разу не объясняет почему.

Вопрос на полях «а игра?»

Самую длинную сцену рассказа, игру на деньги с учительницей, ученик в черновике пропустил, решив, видимо, что для темы про роль учителя она неудобна. Пометка на полях возвращает его к ней, и не случайно.

Лидия Михайловна перебрала несколько способов помочь, и принят оказался только один. Ужин мальчик отверг, посылку вернул, а деньги, выигранные у нее в игре с монетками у стены, берет, потому что выигрыш кажется ему заработанным, а не подаренным. Учительница, в свою очередь, подыгрывает так, чтобы к концу вечера у ученика набирался его рубль, и иногда увлекается настолько, что начинает жульничать в собственную пользу, и тогда спорят они уже всерьез, как двое ровесников на полу у стены.

Поводом для их вечерних встреч с самого начала служил французский. Произношение у деревенского мальчика не шло совсем, французские слова у него звучали по-деревенски твердо, и дополнительные занятия дома у учительницы выглядели для всех обычной заботой классного руководителя. Под этим прикрытием Лидия Михайловна и пробовала один способ помощи за другим, а мальчик тем временем действительно начал говорить по-французски сносно.

Для сочинения об учителе сцена игры ценнее всех остальных, потому что показывает цену помощи. Директор школы Василий Андреевич застает их за этим занятием и растерянно переспрашивает, правда ли учительница играет с учеником на деньги. Та соглашается, что правда, а причину оставляет при себе. Может быть, ей не хотелось говорить о голодном мальчике даже с директором. Спустя несколько дней Лидия Михайловна уезжает на Кубань, откуда была родом.

В сочинении здесь полезно держать раздельно то, что написано в тексте, и то, что читатель из него выводит. Отъезд учительницы и ее молчание перед директором описаны прямо, а причины этого молчания Распутин оставляет читателю, и уверенная фраза «она молчала, чтобы спасти мальчика от позора» уже будет толкованием, которое лучше подавать как предположение.

Три яблока в последней строке

Вывод черновика короткий: учительница была доброй, и мальчик ее запомнил. Учитель подчеркнул его волнистой линией и приписал: «а финал?».

Финал рассказа доказывает эту мысль гораздо тоньше, чем ученик. Зимой, когда каникулы уже кончились, на школу снова приходит ящик, снова с макаронами, а внизу, в вате, лежат три красных яблока, и в последней фразе рассказчик признается, что знал яблоки только по картинкам, а тут догадался сам. О благодарности в финале нет ни слова. Ящик на этот раз никуда не возвращается, и рассказчик даже не сообщает, что с ним сделал, потому что отправительница далеко, на Кубани, и подарок от нее теперь можно взять, не встречаясь с ней взглядом.

Стоит вспомнить и первую фразу рассказа, где взрослый рассказчик удивляется, откуда у нас перед учителями такое же чувство вины, как перед родителями. Вместе с яблоками из финала она замыкает кольцо: человек, который когда-то не мог принять от учительницы ни ужина, ни посылки, через много лет понимает, чем ей обязан. Такое кольцо хорошо ложится в заключение сочинения, и банальный вывод про доброту становится в нем лишним.

Многие готовятся к теме по фильму Евгения Ташкова 1978 года, и это хорошее подспорье, если помнить, что в сочинении ссылаться нужно на рассказ. Экранизация добавляет сцены и реплики, которых у Распутина нет, и цитата из фильма, выданная за строчку из текста, стоит проверяющему одного взгляда в книгу.

Кто на самом деле посылал макароны

Пятая пометка стоит у фразы, где ученик написал, что все это было на самом деле и учительница правда играла с Распутиным на деньги. Учитель поставил на полях знак вопроса, и был прав.

Прототип у Лидии Михайловны действительно был. Лидия Михайловна Молокова, родившаяся в Москве в 1929 году, в конце сороковых была совсем молодой учительницей, лет двадцати, и вела французский в Усть-Уде, куда будущий писатель, выросший в ангарской деревне Аталанка, приехал учиться после начальной школы. Потом она работала в Камбодже и Алжире, преподавала в Сорбонне, больше тридцати лет учила студентов в Мордовском университете в Саранске. Рассказ она нашла случайно, в русском книжном магазине в Париже, прочла, по словам коллег, со слезами и в тот же день написала автору, а он в ответном письме признался, что ждал ее отклика. Переписывались они до ее смерти в декабре 2011 года. Коллеги в Саранске запомнили ее элегантной и очень прямой, жила она скромно, в двухкомнатной квартире, и много лет ухаживала за пожилыми родственниками. При этом историю с игрой на деньги Молокова до конца жизни называла вымыслом.

Для сочинения из этого следует простая вещь. Рассказ опирается на воспоминания, но остается художественным произведением, и спорить на экзамене о том, что было на самом деле, незачем. Разбирается поступок героини, а не биография ее прототипа.

Второй вариант черновика

Переписанная работа начиналась с тезиса: учитель может изменить жизнь ученика не уроками, а тем, как он помогает, когда помочь трудно. Дальше шли два абзаца по 60 или 70 слов, про посылку с макаронами и про игру у стены, в каждом одна деталь из текста и объяснение, что она доказывает. Заключение держалось на яблоках и первой фразе. Пересказа в новом варианте осталось два предложения, а слов стало больше, 240.

На ОГЭ по литературе у девятиклассника есть 3 часа 55 минут. Сначала идут развернутые ответы по фрагментам прозы и стихам, потом сочинение, для которого предлагают пять тем на выбор, и если в сочинении меньше 150 слов, его просто не проверяют. В кодификаторе фамилия Распутина есть, в разделе о прозе второй половины XX века, а названия рассказа нет, и гарантировать встречу с «Уроками французского» в конкретном варианте никто не может. Готовить рассказ имеет смысл для сочинения во второй части, когда тема разрешает самому выбрать произведение. Годится он для вопросов о доброте и достоинстве, о милосердии, о том, что значит учитель для ученика. Если тема просит сопоставить два текста, его можно поставить рядом с рассказами Платонова, где помощь человеку в беде показана по-другому.

Пример абзаца из второго варианта выглядел так. «Лидия Михайловна видит, что прямо помочь мальчику не получится, и отправляет ему ящик с продуктами, как будто его собрала мать. Но в ящике лежат макароны, которых в деревне никогда не видели, и герой сразу догадывается, кто их прислал. Он возвращает посылку, хотя голоден. Этот эпизод показывает, что настоящему учителю приходится думать не только о том, как помочь, но и о том, как не задеть достоинство ученика». Учитель поставил рядом плюс и больше ничего не писал.

Полный текст на экзамене помогает только тому, кто знает, где в нем что лежит. При подготовке полезно найти в рассказе четыре места и запомнить, где они находятся: разговор после драки, отказ от ужина, возвращенную посылку и сцену с директором. Тогда во время работы не придется искать цитату по всему тексту, а время уйдет на то, ради чего его и дают, на рассуждение.

Главные герои

Хронология событий

По тексту рассказа В. Г. Распутина «Уроки французского» (1973).

Куда двигаться дальше

Частые вопросы про «Уроки французского» на ОГЭ